Географическая литература 2. Римская: Римляне не интересовались теоретической географией и не внесли большого вклада в ее развитие. Они опирались в основном на греческие образцы. Географические произведения писали: Варрон Реатин и Варрон Атацин. Цицерон тоже был автором Хорографии. Первым сохранившимся латинским географическим произведением является Хорография Помпония Мелы. Географические сведения использовали в своих сочинениях Плиний Старший и Сенека Младший. К высшим достижениям римской географической литературы принадлежит Германия Тацита. В III. н. э. географией занимался Солин.

В последующие века следует назвать еще Описание всего мира и стран и Эгерию. Кроме того в Риме составлялись различные карты и маршруты, то есть путеводители по обширной Римской империи. До наших дней сохранились фрагменты (несколько десятков) комментария к карте Агриппы (I в. до н. э.), итинерарий Антонина (ок. 200 г. н. э.), путеводитель по Иерусалиму (338 г. н. э.) Кроме того мы имеем так называемую Карту Певтингера (которая носит имя правителя Певтингера), карту, выполненную в XII/XIII вв. согласно оригинальной римской карте.

"Библия" (Священное писание), "Biblia", собрание священных книг иудеев и христиан, признанных боговдохновенными, а следовательно, почитаемых как источники знания о воле Божьей. Название происходит от греческого слова "ta biblia" (ta biblia ta hagia - священные книги). Христианская Библия охватывает две группы текстов: тексты Ветхого Завета и тексты Нового Завета. Слово "завет" (лат. testamentum) соответствует греческому слову "diatheke", которым в еще древности переводили еврейское слово "berith", означавшее то, что мы называем "заветом" или, точнее, "союзом". Ибо Б. понимает религию как союз с Богом, впервые заключенный на Синае, где Моисей получил скрижали с моральными заповедями, а во второй раз - на Голгофе, где Христос смертью своей воссоединил с Богом все человечество. Поэтому в раннехристианской литературе книги, относящиеся к первому "союзу", называются Ветхим Заветом, ко второму - Новым Заветом.

В большей своей части Б. значительтно старше греко-римской культуры. Ветхий Завет почти весь принадлежит литературе Ближнего Востока, представляет собой собрание священных книг Древнего Израиля. В состав Ветхого Завета входят исторические книги: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие, книга Иисуса Навина, книга Судей, книга Руфь, четыре Книги Царств, две книги Паралипоменон, книга Ездры, книга Неемии, Юдифи, Эсфири, две книги Маккавеев; затем идут дидактические книги: Иова, Псалмов, Притчей Соломоновых, Экклезиаста, Песни Песней, книга Мудрости; и наконец, книги пророков: Исайи, Иеремии, Баруха, Иезекииля, Даниила, Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Аввакума, Софонии, Аггея, Захарии, Малахии. Всего 46 книг. Среди них только Книга Мудрости и обе Книги Маккавеев были написаны по-гречески, остальные же - по-еврейски и по-арамейски. Зато на греческом койне были написаны все книги Нового Завета, то есть четыре Евангелия: от Матфея, Марка, Луки, Иоанна, - Деяния апостолов, Послания Павла: к Римлянам, два послания к Коринфянам, к Галатам, к Ефесянам, к Филиппийцам, к Колоссянам, два послания к фессалоникийцам, два послания к Тимофею, послания к Титу, Филемону, к Иудеям, - два Послания Петра, 3 Послания Иоанна, Послание Иуды, Откровение Иоанна Богослова. Всего 27 книг. Названные выше книги Ветхого и Нового Завета мы называем "каноническими" книгами (ta kanonika), это означает, что эти книги можно было читать всему обществу.

У раннехристианских писателей под "каноническими книгами" подразумевалось Священное Писание, излагавшее символы веры и представляющие источник познаний воли Бога (см. Апокрифы). Указанные сочинения Ветхого Завета принадлежат католическому канону Священного Писания, отличающегося от иудейского канона, принятого протестантами, который выбрасывает из Ветхого Завета книги Юдифи, Мудрости, Экклезиастик и книгу Баруха, а также обе книги Маккавеев. В Б. мы встречаемся с различными литературными жанрами, как например: исторический рассказ с дидактическими элементами, лирическая и драматическая поэзия, историческая эпопея, басня, притча, аллегория, афоризм. Проблема времени создания Ветхого Завета на сегодняшний день остается открытой. В общем ученые соглашаются, что Б. создавалась постепенно, в течение тысячи лет, начиная с XIII в. до н. э., когда , как предполагают, жил Моисей. Согласно мнению современных библеистов, невозможно ни с точностью установить время создания большинства книг Ветхого Завета, ни с уверенностью назвать их авторов. Зато книги Нового Завета, скорее всего, созданы в 51- ок. 100. Самым древним переводом Ветхого Завета является так называемая Септуагинта (LXX), иначе известная как александрийский перевод. Название происходит из легенды, в соответствии с которой этот перевод был выполнен 72 евреями (70 = лат. Septuaginta), перевезенных из Иерусалима в Александрию по желанию царя Птолемея II ( см. Аристей).

В действительности он был сделан для евреев, осевших в Александрии, которые уже в III в. до н. э. забыли еврейский язык. Перевод этот не был выполнен единовременно, но создавался в период 250-100 гг. до н. э. Точностью изложения и правильностью передачи мысли выделяется перевод Пятикнижия Моисеева и исторических книг; слабее всего переведены Книга Исайи и младшие пророки. Перевод Даниила является лишь парафразой оригинала. Значение Септуагинты велико хотя бы потому, что именно в этом обличье христианство впервые познакомилось с Ветхим Заветом. Переводы Б. на латинский язык начались с той же Септуагинты. В литературном отношении они представляют меньшую ценность, однако являются источником изучения народной латыни, особенно латинизации греческих терминов. Этих переводов было довольно много, но мы не знаем ни дат, ни имен переводчиков. Мы называем их старолатинскими переложениями (vetus latina) или же предиеронимическими.

Латинский перевод всей Б., известный всем под названием Vulgata, явился плодом труда Иеронима, который частью переводил сам, частью же правил более ранние латинские переводы. В процессе работы он сверялся с Септуагинтой, но будучи воспитан в классической культуре, чрезвычайно заботился о правильности языка своего перевода. Уже со II в.н. э. начали множиться переводы Б. на различные языки. Книги Б. создавались в разное время, в разных цивилизациях и разных общественных кругах, поэтому они требуют научной интерпретации, которой занимается среди прочих дисциплина, названная "библейской эгзегезой". Ее начало восходит ко временам христианской античности, когда сложились две школы эгзегезы: александрийская и антиохийская.

Самыми значительными представителями александрийской школы были Климент Александрийский, Ориген, Дионисий Александрийский (III в.), Эвзебий Кесарийский (III/IV вв.), Афанасий (III/IV вв.), Кирилл Александрийский (V в.) и другие. Эта школа пыталась примирить языческую философию с христианской наукой, используя для этой цели аллегорическую эгзегезу Б. Библейские комментарии и гомилии ее представителей сыграли большую роль в развитии духовной культуры Европы. К антиохийской школе принадлежали Диодор из Тарса (IV в.), Иоанн Златоуст (IV/V вв.), Феодорет (V в.). Антиохийская школа, в противоположность александрийской, обращала внимание на прямой смысл высказываний, избегая аллегорической интерпретации, делала акцент на тесной связи Ветхого и Нового Заветов, чем заложила фундамент современной науки о Библии. В Западной Церкви ведущую роль в интерпретации Б. сыграли Августин и Иероним.

Афраний, Луций, Afranius, вторая половина II в. до н. э., римский комедиограф. Происходил из плебейского рода, который уже во II в. до н. э. имел представителей в сенате, во времена Гракхов выступал в качестве оратора. Из творчества А. сохранилось всего лишь 200 фрагментов и около 40 названий. А. считался - согласно мнению древних - великим, наряду с Титином и Квинкцием Аттой, представителем "комедии тоги" (fabula togata).

Оставаясь под влиянием Теренция, часто его копировал, особенно в прологах, которые служили ему равно как для экспозиции пьесы, так и для расправы с противниками. Можно проследить также связи с Менандром и новой комедией. Но это не рабское подражание: мотивы и ситуации действительно связаны с новой комедией, но здесь отсутствуют бахвалы, сводники, бесстыжие рабы, матроны сохраняют свое достоинство. Местом действия часто являются малые городки с их жизнью, показанной во время праздников или судебных разбирательств. Названия комедий говорят об их содержании: Независимый сын (Emancipatus), Сестры (Sorores), Золовки (Fratriae), Пасынок (Privignus), Развод (Divortium), Имущество (Depositium), Письмо (Epistula), Процессия (Pompa), Праздники (Compitalia), и др. Единственное греческое название Thais было подсказано тематикой, почерпнутой из греческой комедии, вероятно, у Менандра.

А. был одним из самых популярных комедиографов Рима, а его пьесы долго держались на сценах. Цицерон вспоминает постановку комедии Лицемер (Simulans), а во времена Нерона еще играли Пожар (Incendium) с настоящим сжиганием дома на сцене.

Вегетий Ренат, Публий (Флавий); Vegetius Renatus, Publius (Flavius), ок. 400 г. н. э., латинский писатель, автор единственного полностью сохранившегося римского пособия по военному искусству под заглавием Заметки о военном деле (Epitoma rei militaris) в 4 книгах. Это пособие было посвящено не названному по имени императору, вероятнее всего, Феодосию I.

Книга I рассказывает об отборе и обучении рекрутов, кн. II — об организации армии, кн. III — о стратегии и тактике, кн. IV — о правилах ведения осады и войны на море. Заметки эти представляются достаточно произвольной компиляцией сведений из разных эпох, и не всегда следует верить В., когда он ссылается на авторов вроде Катона Старшего, Цельса или Фронтина, которых он, по-видимому, никогда не читал. Сам В. не был сведущ в военном деле, однако, несмотря на это, его заметки служили учебником вплоть до XIX в. и были широко известны (они сохранились в 140 рукописях!).

С начала XV в. его много раз переводят: на французский, немецкий, итальянский, английский и испанский языки. В. занимался также разведением коней, и хотя не был ветеринаром, написал произведение О лечении животных (Digestorum artis mulomedicinae libri) в 4 книгах. Книги I–III посвящены лечению животных вообще, кн. IV — лечению скота. Это сочинение также является компиляцией, В. ссылается в ней на произведения Колумеллы, Пелагония.

Фемистий; Themistios, из Пафлагонии, ок. 317–388 гг. н. э., греческий философ и ритор. До тридцатого года жизни преподавал в школе Капитола в Константинополе, построенной Константином Великим. Здесь он снискал репутацию мудрейшего из греков, благодаря парафразам сочинений Аристотеля, в которых кратко и ясно излагал основные мысли каждого сочинения. Таким образом он сделал учение Аристотеля популярным в веках.

Ф. комментировал также Платона, Пифагора, стоиков, Эпикура. Он читал вслух философские диатрибы; 7 из них сохранились. Задачу философа он видел в практической политической деятельности. Равнодушный к религиозным делам, он провозглашал толерантность по отношению ко всем религиям, что снискало ему благосклонность императоров: Констанция и его наследников. Им он адресовал так называемые императорские речи, в которых подчеркивал такие достоинства правителей, как милосердие, справедливость, терпимость.

Император Феодосий в 338 г. назначил Ф. префектом Константинополя и доверил ему воспитание своих сыновей. Сочинения Ф. не оригинальны. Он писал на чистом аттическом диалекте, по образцу Платона. Речи Ф. свидетельствуют о тщательной их подготовке.

Сенека, Луций Анней (Философ); Seneca, Lucius Annaeus, ок. 4 г. до н. э.-65 г. н. э., римский философ и трагик. Родился в Кордубе, в богатой семье всадников (эквитов), второй из трех сыновей Сенеки Ритора. В молодом возрасте прибыл в Рим, там получил хорошее грамматическое, риторическое и философское образование (в духе позднего стоицизма). Вероятно, чтобы поправить здоровье, а также для обучения, некоторое время находился в Египте. Возвратился в Рим в 31 или 32 гг. н. э. Еще при Калигуле прославился как блестящий оратор и стилист.

В 41 г. н. э., заподозренный в романе с сестрой умершего императора Калигулы Юлией Ливиллой, был приговорен императором Клавдием к изгнанию на Корсику. Там он оставался до 49 г. н. э., когда Агриппина настояла на возвращении С. и доверила ему воспитание своего сына Нерона. После вступления на престол семнадцатилетнего Нерона С. вместе с префектом преториан Афранием Бурром фактически управлял государством на протяжении восьми лет. Но с течением лет положение С. становилось все сложнее, а преступления коронованного воспитанника бросали тень и на его воспитателя, который пытался оправдать перед Сенатом даже матереубийство. После смерти Бурра в 62 г. н. э. С., с разрешения Нерона, удалился от двора. Остаток жизни он провел в своих имениях близ Рима и в Кампании, отдаваясь философии и литературному труду. В 65 г., по подозрению в участии в заговоре Пизона, по приказу императора совершил самоубийство, вскрыв себе вены. С. владел огромным богатством. По-видимому, был дважды женат, от первого брака имел двух детей. Его вторая жена Паулина хотела умереть вместе с мужем. Но по приказу Нерона ей перевязали вены. Взгляды С. сформировались в равной мере под влиянием учения стоиков и собственного житейского опыта. Он не всегда мог соответствовать суровым требованиям своей школы. Собственная слабость заставляла его снисходительно относиться к слабостям других людей.

Сохранившееся в неполном виде литературное наследие С. включало прозаические произведения и поэзию. Большая часть философских сочинений С. имеют форму кинической диатрибы (см. Бион с Борисфена). Материал излагался в форме замечаний и вопросов фиктивного собеседника. Во всех произведениях С. интересовала прежде всего этика. Собранные в 12 книгах сочинения С. по вопросам этики носят название Диалоги. В них находятся трактаты: О провидении (Ad Lucilium de providentia; 62-63 гг.), О стойкости мудрого (Ad Serenum de constantia sapientis), О гневе (Ad Novatum de ira; после 41 г.) в 3 книгах, О счастливой жизни (Ad Gallionem de vita beata; 58?), Об изучении философии (Ad Serenum de otio; сохранилось не полностью), О спокойствии духа (Ad Serenum de tranquillitate animi), О краткости жизни (Ad Paulinum de brevitate vitae4 ок. 50 г.) и три консоляции: к Марсии, дочери Кремиция Корда, на утрату единственного сына (Ad Marciam de consolatione; 37-41 гг.), к Полибию, влиятельному вольноотпущеннику императора Клавдия, по поводу смерти брата (Ad Polybium de consolatione; 42-44 гг.), к собственной матери во время своего изгнания (Ad Helviam matrem de consolatione; 41-42 гг.). В этих сочинениях С. описывает идеал стоического мудреца; он предостерегает от потакания страстям, особенно гневу, объясняет, в чем состоит подлинное счастье, каково его отношение к богатству, к страданию и т. д., учит наилучшим способом пользоваться жизнью, указывая на важность состояния духа, покоя и, наконец, свободного времени, которое можно посвятить науке и литературному труду. Помимо Диалогов, сохранилось еще несколько произведений С., среди них трактат О благодеяниях (De beneficiis) в 7 книгах, посвященное Эбонию Либералу, имеющее принципиальное значение для истории античной этики. С. утверждает, что взаимные благодеяния составляют основу общественного порядка. Произведение О милосердии (De clementia; 55/56 гг.) в 3 книгах, сохранившихся частично, посвященное Нерону, должно было стать учебником добродетели, <зеркалом> для правителя, основная добродетель которого - милосердие, не имеющее тем не менее ничего общего со снисходительностью или жалостью. В Изысканиях о природе (Naturales quaestiones) в 7 книгах, посвященных Луцилию,

С. описал небесные (caelestia) и земные (terrena) явления, а также явления в сфере, лежащей между ними (sublimia). Это не систематическое изложение, возможно даже, что первоначальный порядок книг был изменен. Сам С. не был естествоиспытателем, он излагал знания, почерпнутые у других авторов, в основном, у Посидония. Но он интересовался природой, поскольку считал, что ее познание ведет к нравственному усовершенствованию, позволяя переступить через смерть. Здесь много экскурсов, отступлений и размышлений на этические темы. Сборник Нравственных писем к Луцилию (Epistulae morales ad Lucilium; 62-64 гг.) в 20 книгах включает 124 письма. Эта корреспонденция создавалась, вероятно, с мыслью о публикации. Письма скорее напоминают диатрибы, в них часто поднимаются вопросы, о которых С. писал в других местах. С. напоминает другу о вреде аффектов, о необходимости жить в согласии с природой и работы над собой, о потребности во внутренней гармонии и преодоления страха смерти. Именно мысль о ее неизбежности должна помочь критически оценить блага мира и стать началом подлинной свободы. Счастье - в добродетели. С. советует избрать себе в качестве образца для подражания совершенного человека. Человеческая душа от природы стремится к добру, но на пути к достижению совершенства лежат объективные и субъективные препятствия. Жизнь есть борьба (vivere militare est) с судьбой и собственными изъянами. Письма являются наиболее зрелым и самостоятельным произведением С., плодом многолетних размышлений. Другие прозаические сочинения С. утрачены. С. был также автором единственной сохранившейся менипповой сатиры (см. Менипп из Гадары, Варрон) под названием Отыквление божественного Клавдия (Divi Claudii Apocolocyntosis; от гр. kolokynte - тыква, слово, образованное по образцу <апофеоза>; другое название: Сатирический апофеоз). Это произведение - язвительный пасквиль на умершего императора, возможно, литературная месть С. за годы изгнания.

С. написал также 9 трагедий, основывающихся на греческих образцах: Безумный Геракл (Hercules furens), Троянки (Troades), Финикиянки (Phoenissae; пьеса сохранилась частично), Медея, Федра, Эдип, Агамемнон, Фиест, Геракл на Эте (Herculus Oetaeus). Под именем С. сохранилась трагедия Октавия, созданная уже после смерти философа. С. черпал сюжеты, в основном, у Еврипида (иногда - у Софокла, реже всего - у Эсхила) или из эллинистических трагедий. В какой степени на творчество С. повлияли римские трагики, установить трудно. Вопреки использованию образцов, С. выказал значительную самостоятельность, особенно в обрисовке характеров и представлении событий. По сравнению с классической греческой трагедией, композиция пьес упрощена. Предваренные прологами, в которых обычно характеризуется главный герой, они делятся на 5 актов, разделенных выходами хора. Песни хора часто отсылают к принципам стоической этики. Сильное влияние на трагедии оказала риторика, отсюда многочисленные речи, отодвигающие действие на задний план, чрезвычайно живописные, а порой излишне детализированные описания духовных и физических страданий, тенденция к созданию грозовой атмосферы. Отличительной чертой драм С. является пафос. Во много раз вернее, чем греческие образцы, описывает С. мотивы поступков своих героев, возможно, чтобы доказать, насколько пагубны аффекты. Он стремился при помощи примеров из мифологии показать необходимость овладения страстями, а также пробудить стремление к достижению внутреннего совершенства и добродетели, которые позволят господствовать над судьбой. Идеалом стоического мудреца в драмах С. является Геракл. В духе стоического гуманизма, автор высказывает множество мыслей о власти и правителе. Присутствуют также аллюзии на современное ему общество.

Неясно, были ли драмы С. предназначены для постановки на сцене, или только для чтения. Они стали образцом для ренессансной драмы и для творцов классической европейской трагедии: Шекспира, Корнеля, Расина. С. приписывают авторство 77 эпиграмм. В области языка С. предпочитал редкие слова, но он также придавал новую окраску повсеместно употребляемым словам. Его стиль, так называемую <серебряная латынь>, характеризует поворот от цицероновских периодов к более коротким предложениям, с частыми антитезами и сильной ритмизацией части предложений. Риторические фигуры и тропы часто выступают как в прозаических сочинениях, так и в драмах, столь же часто используется прием примера. Знаменательной чертой С. является многократное повторение одних и тех же мыслей в различной словесной и стилистической форме. У современников творчество С. столкнулось как с признанием, так и с критикой. Его стиль бранил Квинтиллиан, хотя и называл С. <блестящим гонителем пороков> (egregius insectator vitiorum). Потомки почитали С. как моралиста и <мученика философии>. Большое влияние он оказал на христианских авторов. Обилие сентенций в произведениях С. сделало их неисчерпаемым источником цитат.

Руфиниан, Юлий; Rufinianus, Iulius, IV в. н. э., римский оратор. Написал пособие по риторике О риторических фигурах (De figuris sententiarum et elocutionis), которое, по его замыслу, должно было дополнить подобного рода сборник Аквила Романа. Пособие Р. включает греческую и латинскую терминологию с примерами как из поэзии, так и из прозы (из Цицерона, Вергилия, катона, Саллюстия, Плавта, Теренция, Энния, Луцилия и Горация).